КнигаПоиск КнигаПоиск.Тексты Random House

Этический парадокс, перевод эссе Чака Клостермана

Часть первая

Несколько месяцев назад я был на показе документального фильма «Неразумный человек» о Ральфе Нейдере (Ralph Nader). Кино было довольно рассудительное и интересное, но единственный недостаток в том, что мне пришлось просмотреть его в Манхэттене (1). Что-то странное произошло в момент развязки фильма: в трёх рядах позади меня старый бородатый мужчина в инвалидном кресле начал блевать. Было похоже на какой-то приступ. На мгновенье я даже испугался, что он может умереть. Но потом одно мгновенье сменилось другим, проходило время — и вот уже прошло две минуты и никто, включая самого меня, ничего не сделал. В зале было как минимум триста человек, которые смотрели этот документальный фильм про гуманитарного идеалиста, и все мы слышали, как пожилой незнакомец блевал в течение двух минут. В конечном счёте, азиатский мальчишка с задних рядов подбежал к старику, чтоб узнать, всё ли с ним в порядке. Затем он отвёз его в вестибюль. Это позволило всем нам почувствовать себя комфортно и продолжить смотреть кино, в котором показывали, как же важен массовый политический активизм.

Я много думаю о произошедшем. Частично потому, что чувствую себя виноватым, но, скорее всего, потому, что вся ситуация кажется такой предсказуемой и парадоксальной одновременно. Мы все в зале смотрели фильм о этике, но по какой-то причине сознательно игнорировали любой этический импульс, который должен быть у каждого нормального человека. Почему же все люди в зале, которым симпатичен или, хотя бы, интересен Ralph Nader, полностью проигнорировали нуждающегося в помощи незнакомца? У меня есть два возможных ответа, почему так произошло. Первый: современные американцы по своей сути ленивы (что, я должен признать, не является чем-то новым для вас). Но второй менее очевидный ответ — может, все посетители кинотеатра (включая меня самого) не уловили никакой важной связи между опытом просмотра фильма «Неразумный человек» и своим жизненным опытом. И кажется, что эти две вещи должны быть связаны. Я уверен, что режиссёр намеренно хотел, чтобы зрители обнаружили нить между моральными ценностями Нейдера (Nader) и их моральными ценностями в повседневной жизни. Вполне возможно, что желание режиссёра было невыполнимым. Может, связь и улавливается, но редко. А может, этого вовсе никогда не происходит. Это наводит на больший, более абстрактный вопрос: неэтично ли потешаться искренностью чужой этики?

Часть вторая

Прошлым летом моя девушка вернулась пораньше с работы в среду днём. Я сидел на диване без верхней одежды и небритый, слушая альбом Grateful Dead’s «American Beauty», и ел какую-то бесцветную дрянь, одновременно с этим читая книжку про ЦРУ. Она задала вполне свойственный ей вопрос: «Что за херня здесь происходит?»

— Я решил стать хиппи, — сказал я ей, — это моя новая фишка. С этого дня я хиппи, и буду заниматься всеми теми вещами, которые им свойственны.

И это было моё искреннее намерение. Просто 12 месяцев назад я проснулся и произвольно решил, что стану хиппи. Если быть честным, это не казалось каким-то серьёзным перевоплощением. Но моя девушка из Тихоокеанского Северо-Запада, а там быть хиппи считается обычным делом.

— Ты не можешь этого сделать, — сказала она, — ты не можешь вот так просто проснуться и провозгласить самого себя хиппи.

— Не указывай, что я могу, а чего не могу, — сказал я в ответ, — ты просто не желаешь принять мою свободу! Почему бы тебе не пройтись и не купить мне новый выпуск журнала «Relix»? (2)

— Вот это и есть твоя проблема, — продолжила она, — ты всегда поступаешь таким образом. Очень обидно, когда кто-то принимает аутентичный идеализм и берёт все его самые стереотипные качества, просто чтобы придумать умное оправдание, почему он не может сделать себе взрослую причёску. (3)

— Всё не так, — сказал я, — не вижу никаких причин, по которым я не могу провозгласить себя хиппи исключительно для развлечения. Я не понимаю, почему я должен перенять определённые убеждения, которые есть у других хиппи? Как будто быть типичным хиппи, а точнее его подобием, это вполне нормально в наше время и даже предпочтительно. Я сохраняю за собой право руководствоваться собственными мотивами для принятия концептуальных качеств постмодернической хиппи культуры. Более того, я уже устал от этих споров. Может, доедем автостопом до приюта для животных и дадим щенкам ЛСД?

— Ты позорище всей культуры хиппи, — сказала она с отвращением. Это прозвучало как какое-то постановление, учитывая все обстоятельства. Это сродни тому, что называть позорищем всех бывших полузащитников футбольной команды Buffalo Bills.

Часть третья

Нормальные люди вообще интересуются музыкой Трента Резнора (Trent Reznor) в эти дни? Ничего не могу сказать по этому поводу. Последний альбом его группы Nine Inch Nails «Year Zero» распродали в количестве 187 000 копий в первую неделю релиза, хотя, конечно, в наши дни продажи альбомов нельзя считать показателем чего-либо. Тем не менее, я осознаю, что у Резнора (Reznor) есть некая способность очаровывать авторов рок музыки и издателей журналов. Все они считают его либо гением, либо наигранным готическим болтуном. Очень сложно понять, как следует относиться к этому пареньку. Самыми важными двумя достижениями в его карьере можно считать:

1. Коллекцию потрясающих, захватывающих саундскейпов, которые звучат по внеземному и дарят космические ощущения.
2. Несколько тупейших текстов для песен, которые просто не мог написать адекватный взрослый человек, и это я не говорю уже о тех, с которыми он выступал на публике.

Я перестал следить за творчеством Резнера (Reznor) в промежутке между 1998 и 2005 годами. Это потому, что большинство его песен звучали так, будто шизофреник пытается соблазнить игровую приставку Intellivision, крича на неё во время концерта Pink Floyd. Когда у него заканчиваются идеи, он кричит на бога, будто бы исполняет металл-музыку группы Six Feet Under. Но всё-таки, что-то в его альбоме зацепило меня. Поэтому я и его 186,999 фанатов приобрели «Year Zero» за 17.99$.

Альбом довольно хорош. В лучших частях звучание напоминает концовку песни Pink Floyd «Welcome to the Machine».

Но конкретно меня заинтересовало то, что альбом Year Zero его группы Nine Inch Nails повсеместно описывали как «политический». Хотя я понятия не имел, что политические взгляды Резнора (Reznor) могут каким-то образом заинтересовать меня. Его убеждения всегда казались мне слишком простыми. Мне кажется, он рассматривает Джорджа Буша (George Bush) в качестве оруэлловской версии персонажа Джека Николсона (Jack Nicholson) из фильма «Несколько хороших парней». Я прочёл огромное количество рецензий на его новый альбом (большинство из них были положительными), и в каждой ссылались на какие-то идеологические предпосылки в его песнях, забывая о деталях самой музыки. Другими словами, вокруг его личности образовался определённый ажиотаж. Люди интересовались, есть ли у Трента Резнора (Trent Reznor) какие-либо идеи касательно этого мира, но всем было плевать, какими они были. Суть его принципов никого не волновала. Всё, что хотели знать фанаты, есть ли у их кумира принципы вообще.

И это, как я подозреваю, опасно.

Это опасно, потому что если люди будут находить разрушительное утешение в чужой этике (независимо от того, какая она), то сама этика вполне возможно станет предметом потребления. И это и вовсе бы не волновало меня, если бы не тот факт, что предметы потребления всегда чувствуются отстранёнными от вышеупомянутого опыта в повседневной жизни. Это станет трансформацией, которая изменит любую мысль, убеждение и действие в форму развлечения. Именно по этой причине самые счастливые люди те, которые не могут понять причину, почему они безразличны ко всему.

И, конечно, это также объясняет, почему люди, которые смотрят документальные кино о Ральфе Нейдере (Ralph Neider) могут одновременно являться личностями, безразличными к блюющему старику на инвалидной коляске.

Примечания

1. Для тех, кто живёт за пределами Нью-Йорка, я хочу дать один очень важный совет. Если вы когда либо посетите этот город, никогда не ходите в кино на фильм, в котором есть политическая составляющая, пусть и смутная. Дело в том, что зрители не дадут вам нормально посмотреть кинокартину. Каждый раз, когда на экране даже ненавязчиво упоминают Джорджа Буша (George Bush), зрители чувствуют детскую, глупую обязанность поворчать и пожаловаться, а уж посмеются они точно (или, что хуже, начнут строить драмы). Это всё потому, что любители походить в кино считают, что их личные мнения интереснее чем те, которые выражаются в кино. Их невозможно переубедить никаким фильмом.

2. Одна из причин, почему я стал хиппи: для меня очень легко выигрывать в спорах.

3. В то время я был немного испорчен песней «Truckin».