КнигаПоиск КнигаПоиск.Тексты Книги

‘Айвенго’, Вальтер Скотт

Сюжет романа построен на похождениях Айвенго. Повествование ведется на обширном фоне противостояния англосаксонских и норманнских феодалов в период царствования английского короля Ричарда I, прозванного Львиное Сердце. Время действия – конец XII века.

Фигура главного персонажа романа Айвенго несколько скупа. Разбирая роман, критики отмечают безжизненность главных героев по сравнению с типичностью и живостью образов второстепенных персонажей. Образ Айвенго не только бледен и мало типичен. Он, безусловно, несколько, модернизирован, более походит по своему характеру и настроениям на человека XIX века, чем на феодального рыцаря XII века. Не менее бледна и героиня романа — наследница знатного англосаксонского рода Ровена.

Впрочем, автор и не уделял большого внимания сюжетным героям своих романов. Главенствует в произведении историческая подоплека.

Когда рыцари под предводительством герцога Вильгельма разбили в 1066 году англосаксов, в Британии начался период общественной и национальной борьбы. Земли большинства англосаксонских феодалов были отняты у них и переданы норманнским баронам, все высшие государственные должности предоставлены норманнам. Между англосаксонскими танами и норманнскими баронами шла борьба, в которой англосаксонское свободное крестьянство часто поддерживало танов против ненавистных им норманнских захватчиков, жестоко эксплуатировавших местное английское население.

С другой стороны, со временем началась и приняла чрезвычайно острый характер борьба норманнских феодалов с королевской властью. Всячески угнетая и все сильнее закабаляя крестьянские массы, феодалы стремились расширить свои привилегии и сохранить независимое от королевской власти положение. Народные массы нередко оказывали серьезную поддержку королям, обуздывая ненавистных буржуазных угнетателей феодалов.

Все эти процессы показаны в романе «Айвенго», изображающем Англию спустя сто с лишним лет после завоевания, в период борьбы феодальных баронов, возглавляемых принцем Джоном, против законного короля Ричарда.

Автор рисует, с одной стороны, постоянные столкновения между сохранившимися родами англосаксонских танов и норманнской, феодальной знатью в период возвращения короля Ричарда из австрийского плена; с другой — интриги феодальных баронов против короля Ричарда.

Скотт пытался объяснить социальную борьбу как борьбу «победителей» и «побежденных» и не видел глубины социальных противоречий, которые крылись за антагонизмом различных феодальных групп, однако даже в его изображении за этими противоречиями проступают их экономические причины. Он показывает, что землевладельцы-саксы (Седрик, Ательстан) питают ненависть к норманнским баронам не только в силу оскорбленного национального чувства и ущемления их дворянского престижа, но главным образом в силу того, что норманны завладели их землями.

Они оскорблены, прежде всего, как собственники. Барон Мальвуазен стремился завладеть поместьями Седрика, феодалы поддерживают принца Джона, потому что тот обещает не только сохранить их феодальную вольницу, но и подарить им новые земли.

Король Ричард, прозванный Львиное Сердце, в действительности не был похож на «справедливого монарха», любящего свой народ и пекущегося о его благе, каким его рисует автор «Айвенго». Однако В. Скотт не исказил историческую расстановку сил в изображаемой им конфликте Ричарда с его братом Джоном. Ричард показан писателем в духе фольклорной традиции: народ, жестоко угнетаемый феодальными баронами, поддерживает Ричарда в его борьбе, против произвола принца Джона — ставленника феодальной клики.

Народ играет в романе значительную роль. И большое место в романе занимает образ Робина Гуда — любимого героя английского фольклора. Образ Робина Гуда, поддерживающего Ричарда Львиное Сердце в его борьбе с норманнскими баронами, рисуется с большой теплотой и несомненной симпатией. Робину Гуду в английском фольклоре посвящено множество разнообразных баллад. Из этого богатства народного предания Скотт выбрал крестьянский вариант легенды о народном мстителе. Робин Гуд — благородный разбойник, обитающий вне закона в Шервудских лесах и творящий вместе со своей дружиной суд и расправу над насильниками-феодалами, защитник угнетенных, мстящий угнетателям. Недаром Гуд выступает в романе под именем Локслея, и его дружина состоит из йоменов всех окрестных сел. Кроме всего этого, Робину Гуду, в изображении писателя приданы черты борца с захватчиками-норманнами.

Вальтер Скотт отнюдь не пытался идеализировать средневековое варварство. Он видит и показывает распущенность и произвол феодальных баронов, бесправие, характерное для средневековья. Хотя он и воспевал рыцарские идеалы, но отнюдь не одобрял реальную практику феодального насилия.

Писатель рисует яркие и типичные портреты саксонских феодалов (Мальвуазен, барон де Беф, де Брасси). В соответствий со своим принципом деления персонажей на победителей и побежденных, он с особой правдивостью рисует норманнов («победителей»), ни в чем не смягчая изображения творимых ими бесчинств и беззаконий, показывая их полнейшую безнаказанность и произвол, оправдываемый привилегией благородного происхождения, держащейся на праве сильного.

Автор достигает здесь высокого мастерства в обрисовке типов. Он показывает вероломство и хищничество принца Джона, дает правдивые портреты отдельных представителей феодальной знати.

Рыцарь-храмовник де Буагильбер, нападающий на англосаксонского тана Седрика и похищающий молодую еврейку Ревекку, рыцарь де Брасси, также вероломно нападающий на Седрика, недавно оказавшего ему гостеприимство; барон Фрон де Беф, – совершающий насилие в расчете на кошелек ростовщика Исаака, наконец, аббат Эймер — представитель церковной аристократии, щеголь и сластолюбец, благословляющий любой произвол, — таковы типичные образы представителей феодального класса, которые рисует Скотт без малейшей попытки приукрасить действительность.

Тем не менее, не идеализирует писатель и саксонских танов – Седрика и Ательстана — и их окружение. Они нарисованы глуповатыми и ограниченными, заведомо обреченными на гибель ходом исторического развития. Таким образом, роман скорее является одой гуманизму, нежели реальным историческим очерком или попыткой разобраться в столь мифологизированном прошлом.